То, как человек умирает, влияет на других
не только в настоящем, но и в будущем.

Некоторое время назад я была членом комитета по этике в рамках Организации по контролю над ядерными отходами, учрежденной канадским правительством для консультирования его по вопросам, связанным с решением сложной задачи утилизации ядерных отходов.


На первом заседании комитета председатель попросил нас представить себя и сделать несколько кратких замечаний, касающихся проблемы захоронения ядерных отходов.

Джордж Эразм, который был национальным руководителем Ассамблеи коренных народов Канады с 1985 по 1991 год, состоял в комитете. Когда подошла его очередь сделать своё заявление, после долгой паузы Джордж мягко сказал: «Ну, если бы это зависело от нас, мы бы никогда не оказались в таком положении, потому что мы никогда не допустили бы технологию, которая приводит к ядерным отходам. Мы бы оглянулись назад на семь поколений, чтобы извлечь уроки из опыта наших предков, приняли бы во внимание риски и вред на семь будущих, и решили бы не использовать её».

Слова Джорджа вспомнились мне как мудрый совет тем из нас, кто в настоящее время вовлечён в бушующие в Австралии дебаты о легализации эвтаназии. Они особенно поразили меня в свете того факта, что общины аборигенов и жителей островов Торресова пролива и коренных народов Австралии и Канады, по моему опыту, единодушно и категорически против эвтаназии.
В чём восприятие мира этих коренных общин отличается от такового у сторонников эвтаназии?

Оглядываясь назад: Гиппократ и «не убий».

Оглянуться назад на семь поколений означает – полистать человеческую историю, или, как её называет Джон Ралстон Саул, «память человечества».

Со времен Гиппократа – 2400 лет назад – медицина записала в свою историю абсолютный запрет врачам умышленно убивать своих пациентов. Почему же теперь часть людей хотят отказаться от этой основополагающей ценности, испокон века направлявшей медицинскую практику?

Мы, люди, всегда сталкивались со смертью и страданиями и до сих пор не рассматривали эвтаназию как этически приемлемое медицинское действие – вообще, как медицинское действие. Почему же именно тогда, когда у нас есть намного большие, нежели в прошлом, возможности для облегчения страданий, наше общество вдруг начинает считать хорошей идеей – позволить врачам причинять смерть? Содействующие факторы многообразны и сложны, но в основе всего лежит исключительное внимание на отстаивании абсолютного права человека на автономию и «выбор», игнорируя противовес других соображений – которые также должны быть приняты во внимание.

Эти и другие соображения сводятся к изысканию такого подхода, который необходим для защиты общего блага, то есть благосостояния сообщества в целом, а не только пожеланий и претензий отдельного человека, сколь важными бы они не были. В культурных традициях коренных народов присутствует осознание этой потребности защитить сообщество, настроиться на его нужды, что может быть одной из причин, по которым они отвергают эвтаназию.

Сторонники эвтаназии категорически отрицают, что история нацистских ужасов может чему-то нас научить в этом вопросе, понося всякого, кто осмелится заметить, что интеллектуальное и честное изучение её поможет глубже понять ныне происходящее, и расставить предупредительные знаки. Верно, что мы не увидим новый Холокост в результате легализации эвтаназии, но истоки Холокоста и в первоначальной причастности немецких врачей к малым, скорее всего хорошо обоснованным в качестве «солидарных со страданиями пациента» медицинским действиям. Те обоснования, которые использовались для исполнения и оправдания этих действий, являются серьезным предупреждением и сегодня, и заслуживают внимания в ходе текущей дискуссии.

Заглядывая вперед: то, что мы делаем сейчас, затрагивает наших правнуков.

Используя свое воображение, для взгляда в будущее на семь поколений, чтобы быть предупрежденным о грядущем вреде и рисках для их потомков, коренные общины снова стремятся защитить не только отдельных лиц, но и сообщество. То, как человек умрёт – когда смерть вызвана эвтаназией – затрагивает не только этого человека, но также неизбежно влияет на других и сообщество в целом, и не только в настоящем, но и в будущем.

Подводя итог: сильнейшие доводы в пользу легализации эвтаназии основаны на радикальном индивидуализме и «сиюминутности». Он фокусируется на страдающем, компетентном взрослом человеке, который испрашивает эвтаназию и дает своё информированное согласие. При этом исключается из внимания воздействие на разрешающее эвтаназию сообщество, игнорируется то, что мы могли бы принять во внимание, рассматривая вопрос в контекстах как прошлого, так и будущего.

Поэтому, решая вопрос об узаконивании эвтаназии, мы должны извлечь важный урок из мудрости коренных народов и задать себе ряд вопросов, например, какой мы бы не хотели, чтобы была смерть наших пра-пра-правнуков? Что мы должны не делать сейчас, если мы хотим оставить будущим поколениям общество, в котором разумные люди хотели бы жить? Будет ли таковым общество в Австралии, если эвтаназия станет нормой?

Размышляя над последним вопросом, можно выявить следующие реалии. Если, как утверждает Эндрю Дентон, Австралия будет иметь такой же уровень смертности в результате эвтаназии, как Нидерланды и Бельгия, около 4 процентов всех смертей, т.е. 6000 смертей от эвтаназии ежегодно – это сделает эвтаназию шестой по значимости причиной смерти в Австралии.
Эвтаназия займёт место между респираторными заболеваниями и диабетом. Исходя из данных Австралийского статистического бюро «Причины смерти в 2015», смертность от эвтаназии будет на 25 процентов больше, чем от диабета, в пять раз больше, чем число смертей от дорожно-транспортных происшествий (1200 в год) и в два раза больше число смертей от самоубийств (3000 в год).
Можем ли мы принять это?

Население города Лейкс-Энтранс в штате Виктория составляет чуть меньше 6000 человек. Устраивает ли нас ежегодное уничтожение эвтаназией числа людей, равного живущим в настоящее время в этом городе?

Маргарет Сомервиль – профессор биоэтики в Школе медицины Университета Нотр-Дам в Австралии. До недавнего времени она была профессором права в канадском Институте Самуэля Гейла, профессором медицинского факультета и директором-основателем Центра медицины, этики и права в Университете Мак-Гилл в Монреале.

Перевод: Раввин Игаэл Львович Йегуди

Источник: www.mercatornet.com

Комментарий (0) Просмотров: 60

Некомпетентность, означающая, по сути, профессиональную непригодность для парламентской работы – наблюдается в парламентских комиссиях, определяющих правовое поле для медицинской и социальной составляющих национальной безопасности в области демографии. Судите сами:


Больше трёх лет назад в ответ на мои обращения в связи с обсуждавшимся тогда «новым» Законом о здравоохранении я получил письмо исх. №14-06-08.01.2014 от заместителя председателя комиссии по здравоохранению, физической культуре, семейной и молодежной политике С. Д. Шиловой. Она утверждала, что Законом о Национальном собрании Республики Беларусь «не предусмотрена такая форма деятельности Палаты представителей, как открытые слушания в Парламенте».

Анализируя полный противоречий и «произвольного» обращения с фактологией пространный ответ, покойная светлой памяти Т.С. Тарасевич писала на сайте движения Пролайф Беларусь: «…явная демонстрация «логики наоборот» – последствия абортов приписываются последствиям запрета абортов…»

В защите жизни ребенку до рождения г. Шилова отказывает, зато готова обеспечить медицинскую помощь беременным женщинам. Но аборт не может рассматриваться как медицинская помощь, это уничтожение жизни ребенка и здоровья матери. Сомнения в компетенции возрастают…

Поэтому становится понятно, почему г. Шилова старается не допустить открытых парламентских слушаний о 27 статье Законопроекта: «Статьей 8 закона «О Национальном собрании Республики Беларусь» не предусмотрена такая форма деятельности Палаты представителей как открытые слушания в Парламенте». Возможно г. Шилова не знает или сознательно умалчивает о том, что согласно статье 103 Конституции Республики Беларусь заседания Палат являются открытыми.

Дело, однако, не в личных познаниях или отсутствии оных у отставного главного гинеколога, которая этой осенью снова напомнила о себе, отстаивая в телевизионном шоу «Что происходит» на РТР-Беларусь (от 9 октября 2016 г.) (анти)репродуктивную политику Минздрава – а в чёткой линии на попрание конституционных норм работы и выставление напоказ парламентской некомпетентности в двух комиссиях, в абсолютной зависимости от которых находится правовое поле для медицинской и социальной составляющих национальной безопасности в области демографии.

Эти комиссии служат штемпелем законодательной легитимации для линии соответствующих Министерств, которую в свою очередь направляют через т.н. «страновые комитеты» кураторы-грантодатели из глобальных организаций по сокращению населения и подрыву института семьи в мире: ВОЗ (WHO), ЮНФПА, ЮНИСЕФ, ЮНЕСКО, ПРОООН (UNDP), Глобальный Фонд по борьбе с малярией, туберкулезом и ВИЧ, Агентство USAID.

Этой зимой я в соответствии с Законом о демографической безопасности адресовал председателям 6 парламентских комиссий аналитический документ – обстоятельный доклад, в котором проанализированы 3 взаимосвязанные подвластные угрозы демографической безопасности в Республике. Среди угроз – деструктивное законодательство, углубляющееся сотрудничество с глобальными организациями, отсутствие надведомственного контроля над политикой Минздрава. В докладе предложены пути их действенной нейтрализации и краткий меморандум в отношении необходимых для противостояния демографической деструкции шагов.
Председателям было предложено организовать открытые слушания по положениям аналитического доклада и меморандума.
В ответах председателя комиссии по труду и социальной политике Т.П. Красовской, исх. № 13-04/93 от 23.02.2017 и заместителя председателя комиссии по здравоохранению, физической культуре, семейной и молодежной политике В.С. Милошевского, исх. № 14-05/74 от 16.02.2017 утверждается, что «такая форма деятельности, как открытые слушания Законом не предусмотрена».
Итак, Конституция определяет заседания обеих палат Парламента как «открытые», а в Законе «О Национальном собрании Республики Беларусь» говорится следующее:
Ст. 77 : «Заседания палат Национального собрания проводятся открыто».
Ст. 80: «Парламентские слушания – форма деятельности палат Национального собрания, состоящая в заслушивании сообщений и мнений депутатов Палаты представителей, членов Совета Республики, представителей государственных органов и общественных объединений, экспертов и специалистов по конкретной проблеме или вопросу…»
Ст. 93: «Постоянные комиссии палат Национального собрания:

рассматривают обращения граждан, в том числе индивидуальных предпринимателей, и организаций, содержащие предложения по совершенствованию законодательства Республики Беларусь;
организуют проведение парламентских слушаний;
создают рабочие группы из числа членов постоянной комиссии, других депутатов Палаты представителей, членов Совета Республики, а также представителей государственных органов и иных государственных организаций, общественных объединений, научных организаций;
привлекают к своей работе экспертов и специалистов, назначают независимую экспертизу проектов законов, создают на общественных началах научные, консультативные и другие советы по вопросам, входящим в компетенцию постоянных комиссий;
запрашивают у государственных органов и иных государственных организаций, должностных лиц официальные документы, информационные и другие материалы, необходимые для их деятельности;
приглашают для участия в предварительном рассмотрении проектов законов, других вопросов, отнесенных к компетенции палат Национального собрания, представителей государственных органов и иных организаций».
В свете всего вышесказанного, снова обращаюсь к Председателю Комиссии по национальной безопасности с призывом создать рабочую группу/консультативный совет по вопросам демографической безопасности страны – с целью приведения правового поля страны в соответствие с аксиологическим полем декларируемых высшей властью Республики (скоро в связи с Пасхой мы снова услышим о них) базисных ценностей государства, и заявленными в Концепции национальной безопасности национальными интересами в области абсолютных ценностей и демографии.
В настоящее время «ножницы» между этими жизненными полями непрерывно расходятся.

Раввин Игаэл Львович Йегуди

Комментарий (0) Просмотров: 75

Демократы законодательного собрания штата Нью-Мексико заблокировали законопроект, который обязал бы врачей оказывать жизненно необходимую медицинскую помощь младенцам, родившимся живыми после неудачных абортов.


«Партийно-дисциплинированное» голосование депутатов от Демократической партии (составляющей большинство в законодательном собрании штата Нью-Мексико) в соответствующей комиссии в четверг, большинством в 3 против 2 голосов привело к отклонению данного законопроекта, сообщает газета The Albuquerque Journal.

Законопроект, который поддержал предводитель республиканского меньшинства Род Монтойя, предусматривал вменение в обязанность произведшим аборт и иным врачам применение усилий, чтобы попытаться сохранить жизнь и здоровье ребенка, родившегося живым после неудачного аборта. Этот законопроект также требовал такой же защиты детей, рожденных от выкидышей и естественных родов. Это перенесло бы в категорию особо тяжких преступлений преднамеренное убийство рождённого живым младенца, в результате любого – из этих трёх категорий – события.

«Это не законопроект об абортах – сказал Монтойя, – это законопроект о правах человека для младенцев, родившихся живыми, будь то после аборта, выкидыша или естественного рождения».

Журналистский отчет доносит подробности:

Комиссия по делам потребителей и общественным вопросам законодательного собрания заслушала эмоциональные свидетельства и вела дебаты в течение приблизительно двух часов, когда сторонники законопроекта описывали ужасы неудачных абортов и убийства младенцев.

Но в конце концов три демократа комиссии проголосовали за отклонение законопроекта, не допуская его дальнейшего прохождения через законодательные процедуры.

Противники законопроекта заявили, что уже существуют законы и медицинские стандарты, которые касаются поведения при аборте и в других ситуациях.

Доктор Сандра Пенн, медик с более чем 30-летним стажем, призвала комиссию избегать «политического вмешательства» в медицинское обслуживание.

В воскресенье комиссия законодательного собрания штата Нью-Мексико отклонила еще два законопроекта, связанных с абортами, сообщает New Mexico Politics. Один законопроект запретил бы аборты на сроке после 20 недель, в свете убедительных научных данных, которые свидетельствуют о том, что нерожденные дети могут чувствовать боль.
Второй законопроект требовал уведомления родителю или опекуну до того, как несовершеннолетняя сделает аборт.

Согласно этим отчетам, оба законопроекта были отклонены партийно-направленным голосованием, большинством в 3 против 2 голосов.

Хотя сторонники абортов и пытаются отрицать этот факт, но иногда дети рождаются живыми после неудачных абортов. Медсестра Джилл Станек стала известной всем США после того, как она свидетельствовала Конгрессу о младенце, который родился живым после неудачного аборта, и был брошен умирать в больнице в Чикаго.

Свидетельство Джилл Станек потрясло миллионы людей, и ее показания помогли принять закон о защите родившихся живыми младенцев при президенте Джордже Буше.

Новый федеральный законопроект, Закон о защите выживших в абортах, поданный сенатором Бен Сассе из Небраски, укрепит эти меры защиты.

В феврале 2016 года LifeNews сообщила, что младенец родился живым после неудавшегося аборта, который делался на позднем сроке в Фениксе, штат Аризона. Потом ребенок умер в больнице.

Аудиофайл 911, полученный NBC 11 в Аризоне, подтвердил, что персонал клиники абортов видел, как 21-недельный ребенок был жив и дышал до своей смерти. В отчетах не указывалось, был ли ребенок мальчиком или девочкой.

Одна из медсестер сказала, что она увидела, как ребенок переместился более чем через 10 минут после того, как он был извлечён из матки, согласно KPNX 12 News. Когда медсестра взяла ребенка, чтобы взвесить его, она сказала, что видит, как он двигается и пытается дышать. «Боже мой, этот плод движется», – сказала она, по данным полиции.

LifeNews документировал десятки случаев младенцев, которые чудесным образом были рождены живыми после неудачных абортов. Мелисса Оден, Джианна Джессен и Клэр Калвелл – всего лишь несколько примеров. Эти три женщины являются преданными сторонницами защиты жизни нерожденных детей, которые говорят всей стране о том, как их жизнь ценна, даже если они были почти убиты в утробе своими матерями, совершившими аборт.

В марте 2016 года Оден поделилась своей историей во время слушаний в Сенате США, и призвала законодателей поддержать закон о защите рождённых живыми абортированных младенцев.

«Я надеюсь, что результатом явится не только то, что многие дети, такие как я, будут защищены и получат надлежащую медицинскую помощь, которая поможет выжить, но и женщины получат урок», – сказала Оден агентству CNSNews.com после дачи своих показаний.
«Давайте поговорим об истине, давайте скажем правду о том, что дети чувствуют боль, правду о том, что делает аборт, правду о том, что представляют собой аборты».

Перевод: Раввин Игаэл Львович Йегуди

Источник: www.lifenews.com

Комментарий (0) Просмотров: 59

По оценкам специалистов, видеофильмы, как источник распространения порнографической продукции среди детей, занимают второе место в Беларуси. В последние годы возросло количество аудио-визуальной продукции с пропагандой нездоровой сексуальности, агрессией, суицидами, извращенными ценностными установками и т.п. Причем, соответствующее поведение героев не осуждается на экране.


Некоторые психологи утверждают, что дети и подростки учатся посредством наблюдения и имитации того, что они видят на экране, особенно если поведение героев кажется реалистичным и вознаграждается. Например, считается, что в некоторых странах фильм «Матрица» стал для подростков причиной одевать шинели и совершать противоправные действия.

По российским исследованиям, 45% школьников, смотрящих телевизор более трех часов в день, часто проявляют агрессивность, а 20% из них представляют опасность для общества. Агрессивность детей, которые проводят перед телевизором 1 час в сутки регулярно в 5 раз превышает агрессивность школьников, которые смотрят телевизор эпизодически. Также, по оценкам российских исследователей, более 30% преступлений в России совершаемые несовершеннолетними, происходит под влиянием кинофильмов и телевизионных передач.

Есть масса примеров, когда недетские передачи можно увидеть в детское время в Беларуси. Автор этих строк однажды с семьей и маленькими детьми собрались смотреть «Калыханку»: и когда до детской передачи оставались считанные минуты, и дети перед экраном стали ждать начала своей передачи, на экране показали эротическое шоу полуобнаженной проститутки на шесте в ночном баре: это заканчивалась серия фильма, который шел до «Калыханки». Также однажды мы включили один из основных белорусских каналов в 11 часов утра – там демонстрировался какой-то иностранный фильм с откровенной гомосексуальной сценой. Или есть серии скандально известных реалити-шоу – «За стеклом», «Каникулы в Мексике» или сейчас «Дом-2»; последний демонстрируется на канале ТНТ в 9:00 и 10:30 утра.

В Беларуси существуют несколько законодательных актов, призванных регулировать телевизионный контент – закон о СМИ, Кодекс о культуре, положения Министерства культуры и Совета министров и др. В числе наиболее известных – недавно принятый закон РБ №362-3 о защите детей от информации, причиняющей вред здоровью и развитию детей, вступающий в силу с 1 июля 2017 года, и обязывающий, главным образом, производить возрастную маркировку фильмов и телепередач. Остановимся на некоторых проблемах существующего законодательства и внесем предложения:

Из-под действия закона №362-3 о защите детей от информации, причиняющей вред здоровью и развитию детей, выпадают телепередачи:
а) транслируемые в прямом эфире;
б) информационно-аналитического, информационного, культурно-просветительского, спортивного и духовно-просветительского характера и
в) иностранного происхождения, распространяемые в Беларуси без изменения формы их содержания.

Почему в вопросе о защите детей надо выделять какие-то особые области, на которые закон не распространяется? На наш взгляд, таких исключений быть не должно.

Как и в случае с печатными СМИ, сама по себе возрастная маркировка или недейственна, или может, наоборот, разжечь любопытство у детей, тем более, что соответствующая продукция остается доступной.

Для того чтобы возрастная маркировка имела действительно ограничительный характер, дети не должны иметь возможность смотреть соответствующие передачи. Для фильмов с возрастной маркировкой «18+» существует запрет на показ с 6 утра до 24 часов (Кодекс о культуре, ст. 207.6). Но, на наш взгляд неправильно, объединять аудиторию от возраста новорожденного до 17-летних, показывая в этот промежуток времени фильмы от «0+» до «16+».

Ведь что такое контент «16+»? Такие фильмы могут содержать сцены с употреблением психотропных средств, азартными играми, истязания, сцены, вызывающие панику и депрессию или элементы эротики (Постановление Совета Министров № 871 от 25.10.2016). Зачем к таким сценам иметь доступ от рождения? Иными словами, в промежутке от 6 утра до 24 часов вечера по телевидению можно предусмотреть зоны просмотра для разной аудитории в диапазоне от 0 до 17 лет.

Остальной телевизионный контент – т.е. все, что остается за исключением фильмов – не регламентируется ничем, кроме возрастной маркировки и общих запретов. Получается, что фильмы с маркировкой «18+» нельзя показывать по телевизору с 6 до 23, все остальные передачи с маркировкой «18+», типа «Дом-2», в это же время показывать можно! Где логика? Это очевидный пробел в законодательстве. Конечно, передачи «18+» не должны показываться в период с 6 до 24 часов.

Как и в нашем предложении с фильмами, для телевизионных передач в промежутке от 6 утра до 24 часов вечера можно предусмотреть зоны просмотра для разной аудитории в диапазоне от 0 до 17 лет. Например, стоит ли детям смотреть в дневное время передачи типа «Давай поженимся» или «Пусть говорят», где часто в оскорбительном или унизительном виде выставляется личная жизнь героев, или обсуждаются детали, типа «выкинула ребенка с балкона» или «родила в 13 лет» и т.п.

Важным было бы установить квоту на показ детских (познавательных, образовательных, развлекательных и т.п.) передач или фильмов. Обычно такие квоты прописаны в часах на недели. Подобные квоты существуют как для коммерческих, так и для некоммерческих каналов в США, Канаде, Австралии, Великобритании, Швеции, Франции, Японии.

Если возрастная маркировка для фильмов возложена на Республиканскую классификационную комиссию, созданную Министерством культуры, то все, что показывается по телевидению, кроме фильмов, должно маркироваться самими распространителями или производителями соответствующих передач. В целях расширения аудитории своих передач, распространители будут занижать возрастную маркировку. Такая проблема уже существует в России, где телеканалу «Перец» была присвоена заниженная маркировка. Можно посмотреть на заставку шоу «Дом 2»: там производителем поставлена возрастная маркировка «16+». На наш взгляд, это заниженная маркировка. Такое шоу должно быть или убрано, или иметь маркировку «18+», с правом показа только глубокой ночью. Но по белорусскому законодательству, как мы видели выше, даже передачи «18+» разрешены к показу в дневное время.

За неправильно поставленную маркировку в законе не предусмотрена ответственность производителей или распространителей телевизионной продукции. Как и с остальными видами информации, ответственность за неправильную маркировку предусмотрена за отсутствие маркировки, но не за правильность. Мы считаем, что в законодательство должна быть предусмотрена конкретная и ощутимая ответственность за неправильно поставленную возрастную маркировку.

Наконец, в некоторых странах есть и правила, обязывающие производителей телевизоров интегрировать в телевизоры специальные устройства, которые позволяют родителям блокировать нежелательный, с их точки зрения, для детей контент (содержащий сцены насилия, секса, нецензурные выражения). Мы считаем, что подобные устройства можно внедрять и нашим производителям или реализаторам телевизоров.

Надежда Шарко

Комментарий (0) Просмотров: 73

ВАШИНГТОН — коалиция защитников прав женщин, занимающихся широким спектром политических вопросов, «саботировала» законы, связанные с «гендерной идентификацией» и трансгендеризмом. По их мнению, такая пропаганда равносильна «стиранию» границ между полами, практике евгеники и вуайеризма в отношении детей.


   На прошлой неделе в Heritage Foundation (Стратегическом исследовательском институте в США) в рамках панельной дискуссии под названием «Биология – не фанатизм», организованной Ryan Anderson, встретились четыре женщины, представляющие разные социальные слои и обладающие различным опытом, с целью подвергнуть критике мнение, что самоопределяемая «гендерная идентичность» есть тоже самое, что биологический пол. Замечания еще одной активистки были оглашены заочно.

   Мэри Лу Синглтон, лицензированная практикующая медсестра и домашняя акушерка, которая является членом правления Women\'s Liberation Front, радикальной феминистской группы, была обеспокоена этими тенденциями в политике, особенно в свете ее долгой карьеры в качестве женской правозащитницы. «Вся моя жизнь — это борьба за права тех людей, которые притесняются на основании принадлежности к своему биологическому полу,» – начала она, не забыв упомянуть о таких зверствах, как принудительные браки с детьми, детоубийство новорожденных девочек, и увечье женских половых органов, происходящие по всему миру. Движение за гендерную идентичность незаметно дало глобальное название той группе людей, за права которых она борется, потому что теперь «транссексуалы» повесили на них ярлык «женщин» и «девушек».

   «То, что мы видим, является легальным уничтожением пола как «материальной реальности» и подобное извращение половых качеств, на мой взгляд, приводит к антипатичным поло-ролевым стереотипам, с которыми мы сталкиваемся», – добавила Мэри. Она рассказала присутствующим, что, когда она начала выступать против законов о гендерной идентичности, она подверглась яростным письменным угрозам, а также бойкотам. Некоторые даже пытались лишить ее лицензии на деятельность, поскольку она совершила «преступление на почве ненависти», покусившись на «честь» детского серийного насильника, предпочитая употреблять по отношению к нему местоимение.

   «Это дорога к полному безумию», – добавила Синглтон. «Так сложилось, что у меня есть друзья, которые продолжают говорить мне, что пол — это всего лишь социальный конструкт, и в реальности его не существует. Но ведь, если они хотят иметь куриные яйца у себя на заднем дворе, то они должны завести куры».

   Ками Миллер (Kami Mueller), директор по связям с общественностью Республиканской партии штата Северной Каролины, которая сыграла важную роль в отстаивании резонансного HB2 закона (так называемый «туалетный закон») в данном штате, отметила, что человек, который возглавляет город Шарлотт и продвигает трансгендерный закон, открывая женские уборные комнаты для мужчин, идентифицирующих себя женщинами, сам является сексуальным преступником. «Весь наш штат был выставлен в негативном свете просто потому, что наш бывший губернатор Пэт Маккрори (Pat McCrory) и наш вице-губернатор Дэн Форест (Dan Forest) сражались, чтобы защитить женщин и девочек, таких, как я и мои маленькие племянницы из Шарлотта. Нынешний губернатор Северной Каролины, демократ Рой Купер (Roy Cooper) недавно предложил отменить закон HB2», – рассказала она. «Суть этого законопроекта можно выразить фразой «смотри, но не трогай», это реальная попытка сделать вуайеризм («подглядывание») юридически закрепленным правом».

   Синглтон призвала консервативных сторонников бороться со всем происходящим, руководствуясь не столько религиозными соображениями, сколько разумом. Она отметила, что закон о гендерной идентичности и свободы выбора в изменении половой принадлежности, когда, например, молодые люди, принимают тотально уничтожающие гормоны-супрессоры, подвергая себя гормональной стерилизации, по сути, все это претендует на звание абсолютной евгеники.

   «Мы должны, открыто называть происходящее зверством и нарушением прав человека, что совершенно неприемлемо», – подчеркнула она.

   Издание «Christian Post» задало вопрос, как участники встречи могут ответить на самый распространенный аргумент в пользу политики запрета совместного посещения уборных комнат женщинами и мужчинами, идентифицирующими себя женщинами, о том, что педофилы используют такие законы, чтобы охотиться на детей.

   «Мне кажется, это будет одним из заранее установленных направлений обсуждения, но, когда речь заходит о транспортной безопасности в аэропорту, это увы, не является аргументом», – сказала Кейли Триллер Хэйвер (Kaeley Triller Haver), другая участница дискуссии, которая сама была жертвой сексуального насилия. Являясь бывшей сотрудницей YMCA, она провела много «обысков» в раздевалках в течении своей карьеры.

   «Уже есть закон, который защищает людей от угона самолета. Поэтому я думаю, что работа идет, и у нас как бы нет поводов для беспокойства… – саркастично заметила она, – в крайнем случае, мы всегда можем вызвать полицию, но это уже смешно».

   «Наиболее важным аспектом любого плана обеспечения безопасности полетов является профилактика, – добавила она, – и когда это направление становится туманным и препятствует женщинам защищать себя, нормализируя присутствие мужчины в предназначенных для них помещениях, это уже становится делом полиции».

   Синглтон добавила: «Если мы проиграем этот бой, как женщины, мы потеряем все».

Перевод: Ольга Черкасова
Источник: www.christianpost.com

Комментарий (0) Просмотров: 68